Меню

Новые статьи

 
 

Как используются сегодня белорусские шахтные комплексы, стартовые площадки и хранилища ядерных бо.

    Василий МАТВЕЕВ, Ирина ФИЛИПКОВА, Елена МИСНИК, Юрий МОЗОЛЕВСКИЙ, Рэспубліка

Нажав кнопку первым, умрешь вторым. Это выражение времен "холодной войны" как нельзя лучше отражало мощь тогдашних ядерных арсеналов СССР и блока НАТО. Количество ракет с обеих сторон исчислялось сотнями, их разрушительной силы хватило бы на то, чтобы несколько раз взорвать нашу планету. Тем не менее именно ракетные войска стратегического назначения называют самыми мирными в истории. За 50 с лишним лет их существования не было сделано ни одного боевого пуска. Это оружие геополитического сдерживания, грозная гарантия хрупкого мира.

В Советском Союзе РВСН появились в начале 1960-х годов и состояли из шести ракетных армий. В Беларуси боевое дежурство долгие годы несли 4 ракетные дивизии: в Пружанах, Поставах, Мозыре и Лиде. В 1991 году распался СССР, наша республика заявила о своем безъядерном статусе. Последний эшелон с ракетами отправился со станции Яцуки в Россию 26 ноября 1996 года.

Так белорусские ракетные дивизии навсегда прекратили свое существование. Как же используются сегодня, 20 лет спустя, бывшие военные городки, шахтные комплексы, стартовые площадки и хранилища ядерных боеголовок? Ответы на эти вопросы искали журналисты "Р".

"Тополиный" пух, жара, июнь

Под Лидой в ангарах для грозных баллистических ракет теперь выращивают вешенки

Двенадцать километров от райцентра, крутой поворот у поселка Минойты — и мы упираемся в массивные ворота с красной звездой. Казармы, столовая, баня, плац, котельная — еще 20 лет назад все здесь дышало жизнью и армейской дисциплиной. Сейчас в бывшем 170-м ракетном полку "командуют" гражданские, напрочь забыв о секретности, легенде прикрытия и стратегических ядерных комплексах, вселявших ужас по обе стороны Атлантики.

Мой спутник — генерал-майор Анатолий Иванцов — знает эти места как свои пять пальцев. Бывший командир 49-й ракетной дивизии стратегического назначения, он руководил четырьмя полками в самое непростое время, когда РВСН выводили из Беларуси. 28 мая 1997 года он поставил свою подпись под актом ликвидации 49-й дивизии.

…Колючая проволока, пустые окна КПП и узкие бойницы патрульного дота — мы беспрепятственно пересекаем линию боевой зоны. Проложенная через лес бетонка приводит в святая святых — к бывшим хранилищам и пусковым площадкам стратегических ракет. Тридцать лет эти места скрывали от всех свою тайну. Теперь тут можно свободно ходить, фотографировать и даже заниматься бизнесом.

— После нашего ухода территорию облюбовали предприниматели. Оно и понятно — до Лиды рукой подать. Здесь зарегистрировано более 30 ИП: и мебель делают, и памятники ваяют, и автомобили чинят, и горшки обжигают… Есть и весьма экзотическое производство: сам бы не увидел — не поверил, — интригует Анатолий Иванович.

Мы стоим у поросшего травой "холма" со стальными воротами, на которых еще сохранились следы маскировки. Это "двойка" (на языке боевого устава — сооружение 2/2), а говоря проще — хранилище для баллистических ракет Р-12. Скрипнула дверь, на пороге — мужчина с пластиковыми ящиками. В ящиках — грибы с сероватыми шляпками.

— Ну вы проснулись, мы уже лет 10 тут работаем. С пяти ангаров в сутки собираем по тонне вешенок, пакуем и отправляем заказчикам из Минска, Москвы и Калининграда, — улыбается непрошеным гостям грузчик Михаил Жилин. — Сезон тут круглый год, главное — выдержать режим: температура — 23 градуса, влажность — 80 процентов.

Внутри нас ждет картина, от которой становится не по себе: зеленоватое марево от светящихся ламп, висящий в воздухе пар и слякоть под ногами. Среди таких эффектных декораций на деревянных стеллажах с питательной смесью и растут деликатесные вешенки.

Хранилище состоит из двух частей и разделено перегородкой. Глядя на это грибное царство, трудно себе представить четыре 22-метровые ракеты, лежавшие здесь когда-то. Две из них были направлены двигателями вправо, две — влево. По тревоге их выкатывали на тележках к стартовым площадкам. Установка. Заправка. Наведение. Пуск! На все — 3 часа 15 минут.

— Дальность полета Р-12 не превышала 2200 км. Это значит, что они могли работать только по целям в Европе. В нашей дивизии было около 70 таких "малюток" общей мощностью 70 мегатонн. И совокупная сила их ядерного заряда была огромна. Один залп — и всего того, что сейчас называют Евросоюзом, больше нет, — рассказывает Анатолий Иванцов. — На смену этим ракетам-долгожительницам в начале 1980-х пришли передвижные ракетные комплексы "Пионер". Это была техника нового поколения, которая принесла с собой новую философию ядерной войны. На шестиосном 81-тонном тягаче МАЗ лежала твердотопливная ракета с тремя боевыми блоками. Четыре минуты — и она в небе, готовая лететь 5500 км по заданному курсу. Венцом эволюции стал комплекс "Тополь" на 7-осном шасси МАЗ. Эта огромная умная машина "помнила" более 1200 км дорог и выполняла пуск за 2, 5 минуты из какой угодно точки маршрута. Трехступенчатая ракета с ядерным боезарядом мощностью 0, 5 мегатонны могла нанести удар по любому объекту на планете. Недаром их так боялись на Западе.

Одно за другим мы проходим бывшие хранилища стратегических ракет, ставшие грибными просеками. На воротах еще видны инвентарные номера, к ним вплотную примыкают П-образные, крытые шифером навесы. Это укрытия от спутников, позволявшие выполнять работы даже во время движения по орбите "шпиона". А с этим в РВСН все было очень и очень строго. В каждом полку как Отче наш знали график видео - и радиоразведки НАТО из космоса. Бывали дни, когда солдаты по полдня из казарм носа не высовывали и хранили полное молчание в эфире…

— Вот, посмотрите, на этой площадке стоял "Тополь". Даже краска разметки на асфальте сохранилась… Над 110-тонной машиной был смонтирован стальной ангар КРОНА с автоматически раздвигающейся крышей. Команды "Боевой режим", "Шифр", "Пуск" — и комплекс при помощи пирозаряда выталкивал ракету из контейнера на 40-метровую высоту. Здесь запускались двигатели, и она начинала выполнять заранее введенное полетное задание. Словами это зрелище не передать: представьте звук разрываемой простыни, усиленный в тысячу раз…

В 1997-м четыре "тополиных" полка ушли в Россию вместе с ангарами. Все, что осталось от них, — анкерные болты крепления, элементы ракетных контейнеров и перерезанные нитки кабелей, — с грустью показывает "артефакты" бывший командир 49-й ракетной дивизии.

В гаражах для спецмашин, обслуживавших комплекс "Пионер", рабочие просеивают шелуху для грибов. Позируют, улыбаются и машут нам руками. В огромном ангаре для помывки передвижных ракетных комплексов теперь парковка для фур: у ворот гремят цепью два злющих пса. Бетонные стартовые площадки для ракет Р-12 поросли травой и лишь на солнце блестят своими стальными "кольцами".

— Охрана и режим секретности в дивизии были такими, что мышь не проскользнет. Мы использовали биологические, радиолучевые, противоперелетные, электрические и противоподкопные системы защиты. Местные, конечно, догадывались, что в Минойтах, Шерешеве, Гезгалах и Ружанах стоят вовсе не базы с горючим и инженерные части. Но рассказать об этом они все равно никому бы не смогли. Лида тогда была закрытым для иностранцев городом: билет сюда им был заказан. Да что тут говорить, над нами даже советским истребителям летать запрещалось (в их картах эта территория была сплошным белым пятном). А все марши и передвижения техники проводились глубокой ночью, — рассказывает, пока мы возвращаемся к машине, Анатолий Иванович. — Два раза в год каждый из четырех "тополиных" полков снимался с места и на месяц уходил в поле на боевое дежурство. Когда мы выдвигались в заданную точку, вот эту самую дорогу Щучин—Лида полностью перекрывали милиция и ГАИ.

…Ворота с красной звездой скрываются за поворотом. Мы возвращаемся в Лиду, чтобы увидеть последнее пристанище ангаров для знаменитых комплексов "Пионер". В это трудно поверить, но на территории местного литейно-механического завода по сей день стоят девять СУПРов — специальных укрытий для пуска ракет.

Внешне сооружение напоминает бронированный "пенал" с девятью отдельными воротами и ломаной крышей. Над каждым въездом — массивный люк. Внутри — фуры, автобусы и краны на базе ЗИЛ. Сбоку надпись: "Транспортный участок".

— В каждом ракетном полку стояло по девять "Пионеров". Столько же было и "гаражей" под них. Во время расформирования дивизии завод купил их и смонтировал одним блоком на своей территории. Теперь тут стоит самая габаритная техника предприятия, — изнутри рассматриваем с Анатолием Иванцовым массивную конструкцию. — Крыша здесь, конечно, уже не раздвигается: на этом настояли американцы. Заварены и люки. А раньше они открывали доступ к системам охлаждения укрытий и не давали перегреться ракетам с боеголовками. Теперь можно просто открыть настежь ворота…